 |
|
Вот уже второй раз столица Хакасии становится местом проведения Всероссийских педагогических чтений. Состоялись они благодаря поддержке республиканского министерства образования и науки. А инициатором чтений выступил очень необычный человек. Профессор, доктор психологических наук, почетный академик Российской академии образования, основатель Международного центра гуманной педагогики Шалва АМОНАШВИЛИ без преувеличения может быть назван человеком, предложившим новый подход к обучению детей. Речь, однако, идет не о том, чтобы изменить систему образования. Гуманная педагогика в первую очередь нацелена на создание особого отношения к ученику.
Не такое уж это и простое понятие, как оказалось. Мы привыкли считать, что гуманизм связан в первую очередь с добрым отношением к кому-либо. В таком случае остается непонятным, что такого особенного в гуманной педагогике? Ведь как раз терпимого и доброго отношения к детям в школах хватает, порой хотелось бы, чтобы его было меньше, а дисциплины - больше. Поведение детей в школах таково, что иногда, я уверен, преподаватели с тоской думают о дореволюционных временах с их весьма жесткой системой наказаний учеников, по сравнению с которой современная система воспитания попросту образец доброты.
Так чего же еще добивается основатель целой педагогической системы? Все дело в трактовке основного понятия. «Гуманная педагогика» означает прежде всего «духовная». То есть, особое внимание обращается на внутренний мир ребенка, во время каждого урока преподаватель понемногу воспитывает в нем способность мыслить и принимать самостоятельные решения. Это сложно, неудобно и, главное, непривычно. Все-таки школьное образование порой напоминает конвейерное производство, а никак не выпуск уникальных штучных изделий. А конечная цель, по словам Амонашвили, «взрастить благородного, имеющего свою позицию в жизни человека, в противовес современному стремлению превратить людей, индивидуальности в обслуживающий персонал».
Можно много говорить о принципах гуманной педагогики. Но в полной мере понять, что кроется за официальными формулировками «развитие личности», «духовный рост» и тому подобными можно, посетив один из демонстрационных уроков Амонашвили. Конечно, уроком в привычном нам понимании происходящее назвать сложно. Так, в один из своих прошлых приездов, несколько лет назад, занятие с детьми Шалва Амонашвили проводил на сцене Центра детского творчества в столице Хакасии. Парты и классная доска, правда, присутствовали как в настоящем классе, но урок со школьниками младших классов был посвящен довольно странной теме. «Учимся думать» - эта фраза стала девизом на отрезок времени, посвященный занятию. Думать - значит не просто заучивать правила или решать задачи. Детям приходилось самостоятельно искать ответы на вопросы учителя, ошибаться и радоваться своим небольшим открытиям вместе с ним. На этом уроке было неважно, насколько хорошо ребенок знает тему, - все, что ему требовалось, услышал от преподавателя. Может быть, что-то ему больше не понадобится и он благополучно это забудет: всем известно, много ли мы выносим по окончании школьного курса. А вот умение рассуждать, которое дается только благодаря постоянным упражнениям, остается у ребенка как собственный капитал.
Супруга и помощница Амонашвили, академик, доктор педагогических наук Валерия НИОРАДЗЕ уверена, что воспитанники правильно распорядятся этим богатством: «Современные дети отличаются от тех, что рождались в прошлом веке. Не зря их принято называть «дети Света». Они приходят в эту жизнь для того, чтобы помочь всему человечеству. У них заложены очень древние и глубокие знания, даже если они сами этого не понимают. Очень интересно работать с современными детьми - они удивительно интересны, философски настроены, обожают размышления о добре и зле, силе физической и духовной. А такие уроки помогают им познать себя, что очень важно».
Рассуждать детям, как известно, доводится не на каждом уроке. Все-таки современные требования к образованию не располагают к философским занятиям. Знания - на первом месте. С другой стороны, по мнению Шалвы Амонашвили, одно другому не мешает: «В современной школьной программе нет особого перекоса в сторону естественных или гуманитарных наук, если судить по отпущенному на них времени. Но куда важнее отведенных на преподавание часов то, что вкладывается в содержание учебников. Как осуществляется, к примеру, освещение исторических событий? Должен сказать, что советское влияние в преподавании мы так и не смогли изжить. Это касается также и литературы, и иностранных языков. Ведь дело не только в том, чтобы овладеть речью и знать творчество писателей. Куда важнее погружение в культуру, умение владеть собственной речью, знать народ, язык которого изучает». Вот, казалось бы, она, золотая середина. Можно осваивать программу и при этом не забывать о духовной составляющей. Что же мешает? Ну ладно, пусть старшее поколение преподавателей привыкло действовать в одних рамках. А как же молодежь, о необходимости привлекать которую для работы с детьми говорится все чаще?
«Меня часто спрашивают: «Каково молодое поколение учителей?» Скажу откровенно - молодого поколения учителей я не вижу. И пока мы воспроизводим в наших вузах учителя советского типа. Но без духовного измерения, упирая, как в прошлом, на авторитаризм и силовой подход, нельзя подготовить учителя нового времени. Потому что они идут в школы и продолжат поступать так же, как делали их учителя десять и более лет назад. Если же у преподавателя в голове туманность, соответственно он и будет работать с детьми», - таков неутешительный вердикт академика.
Образ, которому должен соответствовать преподаватель, если следовать принципам гуманной педагогики, нужно искать в... ребенке. То есть для начала следует понять, с кем, по большому счету, имеет дело учитель. Амонашвили часто напоминает своим слушателям о той роли, которая отводилась учителям еще относительно недавно, в период христианской истории: «Учитель - понятие высшее после Бога, это как стержень, вокруг которого закладывается наш собственный рост. И неважно, какой педагогической теории он придерживается, потому что действительно одаренный и любящий свое дело человек интуитивно чувствует, что он может дать детям. Ведь в образовательном процессе главным является не ребенок и не учитель, а они оба, как созидатели. В идеале, они оба растут и воспитываются». Такой преподаватель, уверен основатель гуманной педагогики, встречался в жизни каждому из нас. И необязательно это классный руководитель или тот, кто учил несколько лет подряд. Главное - то влияние, которое он успел оказать. «Идеальный учитель мыслит и материалистически, и идеалистически. То есть он допускает реальность Духа наравне с материей. И с этой точки зрения смотрит на ребенка, который становится уже совершенно другим существом, носителем собственной энергии Духа и своего предназначения. Настоящий учитель обладает особым даром: когда он ведет урок, может и не спрашивать учеников. Но при этом каждый думает, что этот учитель старается для него», - считает Амонашвили.
Интересно, что развитию гуманной педагогики в современной России мешает, среди прочего, и некоторые преобразования в нашей образовательной системе. Новомодные тестирования, к примеру, по мнению Амонашвили, приносят куда больше вреда, нежели пользы: «Еще в 1978 году, во время поездки в США я собрал огромное количество разного рода тестов. Тогда мы, представители нашей страны, были восхищены этим подходом. В результате только лишь я привез в СССР три ящика, наполненных разнообразными тестовыми заданиями. А некоторые взяли и того больше. Но эйфория прошла, когда мы начали разбираться с тестами и поняли, что следует от них ждать детям. Тестирование пожирает образовательный процесс, унижает умственное развитие ребенка. Тестирование не стимулирует развитие, это лишь механизм, чтобы якобы выявлять знания детей на определенном уровне». Результат же поголовной проверки знаний таким способом мы можем увидеть в США. «Уровень развития людей в Америке задерживается - и не без участия власти. Там 27 миллионов граждан, не умеющих читать и писать. Сейчас они хотят ликвидировать безграмотность... Теперь тот же самый процесс должен пройти в России. В результате получится, как в 30-40-х годах в США, общество с заниженным уровнем образованности. Этот скрытый механизм вложен в тестирование и многие другие нововведения, внешне милые и хорошие», - считает Шалва Амонашвили.
Андрей КЕДРИН
