Константину Васильевичу КРЕТОВУ, фронтовику и спортсмену-футболисту, сегодня, 5 мая, исполняется 90 лет. Это в паспорте у него ошибочная дата рождения, указывающая на конец августа 1920 года.  Глядя на него, невольно поражаешься тому, насколько крепкое духом и телом  было довоенное поколение нашего народа, и это притом, что на  долю людей тех лет выпало немало трудностей - голодное детство, тяготы военного и послевоенного времени.

Константин КРЕТОВ после окончания Иланской школы ФЗО  попросился на работу в Красноярск, в пассажирский парк вагонного депо. Однако трудился там недолго, потянуло на родину - в Абакан. Тут же по приезде устроился в вагоноремонтные мастерские и вплоть до 1943 года работал в качестве старшего осмотрщика вагонов.

- В 1942 году, - вспоминает Константин Васильевич, - в Абакан стали прибывать санитарные поезда с ранеными солдатами, участниками боев под Сталинградом. Бойцов направляли в госпитали, а наша задача заключалась в том, чтобы производить текущий ремонт вагонного состава. Сказать, что приходилось трудно, значит ничего не сказать. Мы дневали и ночевали на работе. Чтобы, к примеру, поменять колесные пары приходилось пользоваться веревками, лагами и другими подручными средствами. Надлежащей техники ведь не было. Поэтому приходилось в буквальном смысле надрывать животы.

В мае 1943 года молодого железнодорожника отправляют на фронт. Поначалу он проходит учебу в военном лагере под Омском, а через месяц сибиряков грузят в эшелон и отправляют на Курскую дугу. Там, в одном из боев, Константин Кретов получает свое первое ранение в ногу. После того как в августе битва на Курской дуге была выиграна, Константин Васильевич попадает во вновь сформированную дивизию, которую в спешном порядке перебрасывают на передовую. Вначале под Невель, а потом  под Великие Луки.

Шальная пуля ранила меня...

- Перед тем как идти в бой, - рассказывает Константин Васильевич, - нас всех одели в маскхалаты, а мне еще вручили ручной пулемет Дегтярева. В атаку мы пошли по сигналу зеленой ракеты. Я пробежал метров сорок и за это время выпустил в неприятеля весь диск. Потом упал на коленки, чтобы заменить его на новый, и в это время почувствовал, как обожгло шею. Потом оказалось, что пуля прошла дальше и застряла в районе позвоночника. Меня стащили в низину на плащ-палатке, потом не помню. Очнулся в комнате двухэтажного здания - лежу на полу, на сене. Кровь через рот течет, встать не могу. Через дней пять приехал хирург и откачал кровь из легкого. Мне сразу стало легче. Следом меня перевезли в город Кувшиново Тверской области, где я находился порядка месяца. Там мне становилось все хуже и хуже. Стало гнить легкое, и врачи ничего поделать не могли. Температура 38-39 держалась постоянно, рана на шее не заживала. Ну, думаю - не выкарабкаюсь. А тут солдатик мне и подсказывает: «Ты температуру-то на градуснике сбивай. Иначе так и останешься здесь». Я понял, что с высокой температурой  нетранспортабелен. Последовал совету, и скоро меня погрузили на санитарный поезд, который двинулся в Кострому. Там, в госпитале, спасибо врачу, мне сделали переливание крови, и я стал быстро поправляться. Когда выздоровел, был направлен в один из гороховецких  военных лагерей. После окончания учебы попал в  артиллерийскую бригаду, на батарею 152-миллиметровых пушек-гаубиц связистом.

Так для Константина Кретова начался своего рода второй этап войны. Но как он сам замечает: «Артиллерия не пехота, все полегче воевать».

На фронт бригада выехала, когда уже был освобожден Минск. Миновали Латвию и подошли к Кёнигсбергу. Три дня пришлось штурмовать этот город-крепость. Было выставлено порядка 350 артиллерийских стволов на каждый квадратный километр. Бригада, в которой воевал артиллерист Кретов, также принимала участие в обстреле города. Кёнигсберг пал 9 апреля 1945 года, и советские войска двинулись на  Пиллау, последний рубеж фашистов на Балтике, откуда немецкое командование надеялось проводить операции на море.

Наступление на этот город-порт  началось 13 апреля, а спустя полторы недели, уже после взятия Пиллау, остатки восточнопрусской группировки врага закрепились на узкой косе Фрише-Нерунг. Сопротивление было недолгим, и 22 тыс. немецко-фашистских солдат и офицеров сложили здесь оружие 9 мая 1945 г. Разгром противника на Земландском полуострове явился завершением всей Восточно-Прусской операции.

- День Победы, - говорит Константин Васильевич, - выдался солнечным, теплым. Небо озарилось разноцветьем ярких вспышек от множества выстрелов из ракетниц. Нашей радости не было предела, но с отправкой домой командование не торопилось.  Практически все лето наша артиллерийская бригада стояла под Кёнигсбергом, и мы уже подумывали, что нас перебросят на Дальний Восток, ближе к Японии, но обошлось. В  октябре я уже был в Абакане. Честно скажу: в то время было не до отдыха, и я вновь вернулся работать в родное депо. Приняли меня тепло. Тут же дали квартиру, и начались трудовые будни, по которым я так скучал во время войны. А еще футбол! Теперь можно было полностью отдать себя любимой игре. Мы ведь, пацанами, днями напролет гоняли мяч на пустыре в районе кондитерской фабрики.

Футбол с разрешения обкома партии

В Абакане еще живы люди, которые помнят Константина Кретова, как талантливого в прошлом футболиста. Еще до войны, в 1940 году, в Абакан приезжала футбольная команда Тувинской Народной Республики, которая в ту пору еще не входила в состав Советского Союза.

Вот как пишет об этом событии Артем Асочаков в своей книге «Физическая культура и спорт в Хакасии»: «Первая международная встреча по футболу между сборными командами Хакасии и Тувы началась под град аплодисментов зрителей. Многих болельщиков обрадовало то, что они в своих предварительных прогнозах не ошиблись. Эту игу выиграли наши футболисты со счетом  - 6:1. Этим самым наши спортсмены доказали, что развитие футбола у нас в Хакасии идет достаточно успешно». И действительно, футбол в те годы завоевал себе большую популярность, хотя сегодня вряд ли кто вспомнит того человека, который привил к нему большую любовь абаканцев и в дальнейшем жителей всей Хакасии.

Однако вернемся к матчу Хакасия - Тува. Константин Кретов  в нем не участвовал, но в следующей игре против молодежной команды тувинской сборной  он выходил на поле в основном составе сборной области. Кстати сказать,  подобные встречи  проходили и позже. В 1949 году команда Хакасии выезжала с ответным визитом уже в Советскую Туву и сыграла там два матча. В конечном итоге победила дружба. Каждый из соперников выиграл по разу.

До 1951 года  Константин Васильевич неизменный участник различных турниров - чемпионатов Хакасии и Красноярского края. Выступал за команду «Локомотив»,  сборную  города и области.

- Доходило до того, - вспоминает он, -   что отпускали меня на матчи только с согласия руководства обкома партии. А куда деваться? Некому работать-то  было.  А что футбол? Забава, да и только. За это ведь деньги не платили тогда. Однако жизнь футболом не заканчивалась. Подрастали дети - Владимир и Галина. Поэтому  чаша весов склонилась в сторону разрешения семейных и  бытовых проблем.

Константин Кретов отработал на железной дороге 45 лет. Более двадцати из них старшим осмотрщиком. Помимо боевых наград, среди которых медали «За отвагу», «За взятие Кёнигсберга», «Курская битва» и ордена - Отечественной войны I степени, Красной Звезды, на лацкане его пиджака красуется и орден Трудовой Славы III степени.

От всей души хочется поздравить этого заслуженного и уважаемого в городе человека с 90-летием и 65-й годовщиной Победы в Великой Отечественной войне.

Пусть дни войны тянулись очень долго,
Пусть быстро мчались мирные года.
Победы под Москвой, под Курском и на Волге
История запомнит навсегда.
Пусть вы сейчас отцы и деды,
Виски посеребрила седина?
Вовек вам не забыть весну Победы,
Тот день, когда закончилась война.
Пусть многие сегодня не в строю,
Мы помним все, что делалось тогда?
И обещаем Родину свою
Сберечь для дела, мира и труда.

Подготовил Сергей ГЕСС

1948 г. Сборная команда Абакана. К. Кретов пятый справа